Великий Пост – время духовных и телесных подвигов в преддверии самого главного праздника – Святой Пасхи. Длится он почти семь недель (48 дней).

Великий пост начинается за семь недель до Пасхи и состоит из Четыредесятницы — сорока дней — и Страстной седмицы — недели перед самой Пасхой. Четыредесятница установлена в честь сорокодневного поста Спасителя, а Страстная седмица — в воспоминание последних дней земной жизни, страданий, смерти и погребения Христа. Общее продолжение Великого поста вместе со Страстной седмицей — 48 дней. В этом году Великий Пост длится с 27 февраля по 14 апреля.

Если быть кратким, то пост — это воздержание. Воздержание не только в пище, но и помыслах и действиях. Пост имеет две составляющие: телесную и духовную. "Полезен нам пост телесный, ибо умерщвляет страсти. Но пост душевный непременно нужен, так что и телесный пост без него — ничто. Многие постятся телом, но не постятся душой. Многие соблюдают пост в пище и питии, но не постятся от злых помыслов, дел и слов. Какая им от этого польза?" (свт. Тихон Задонский). Продолжая мысль святителя Тихона можно сказать, что польза от такого поста минимальная. Но пост телесный — это первая ступенька к настоящему посту.

В эти моменты Поста молитва приносит великую радость, а слезы покаяния очищают душу и зовут на исповедь. Что может быть радостнее того чувства, когда священник, положив эпитрахиль на голову, читает разрешительную молитву? В этот момент понимаешь, что Сам Господь прощает и разрешает от всех грехов. А приступая к Святым Христовым Тайнам осознаешь, что вот она — Трапеза Господня, вкушающий которую человек не будет алкать во веки. Но чтобы эти радостные чувства посетили душу и сердце, необходимо достойно подготовить к этому тело.

В. Перов. Возвращение крестьян с похорон зимою

Очень часто отсутствие понимания смысла православных обрядов и традиций приводит к тому, что люди, вместо того, чтобы помогать душе умершего близкого, начинают верить во всякие суеверия и соблюдать обычаи, которые не имеют никакого отношения к христианству. В этой статье мы расскажем вам о том, как следует хоронить человека в соответствии с православными традициями

Богъ сътвори постъ, а бесъ объядение.
Из духовного стиха пермских староверов

Пища-пост, или трапеза-пост не являются дихотомически противопоставленными в смысле классической работы Вяч. Вс. Иванова и В.Н. Топорова о славянских языковых моделирующих семиотических системах (1). Эти пары слов не входят в систему принятых бинарных отношений в современном русском литературном языке и в русских говорах; они находились в таких же отношениях в древнерусском языке. В отличие от типологически сопоставимых бинарных оппозиций, типа "левый-правый", "большой-маленький", "нижний-верхний", "огонь-вода", "свет-тьма", "живой-мертвый", слово пост только в одном из своих значений может быть противопоставлено слову пища или трапеза, а именно, в основном, первом значении: не есть ничего. В этом значении существительному пост соответствуют в русском языке глаголы действия - поститься, постничать, соблюдать, держать пост, говеть.

В Православной Церкви мариология не является самостоятельной темой: она неотделима от христианского учения в целом, как своего рола его антропологический лейтмотив. Основанный на христологии догмат о Богоматери имеет ярко выраженный ппевматологический характер и благодаря двойному Домосторнтельству Сына и Святаго Духа неразрыно связан со всей экклезиологической реальностью.

I

Моисей, который всем преподал учение в небесных книгах своих, этот вождь Евреев, и меня, как ученика, да научит своим Пятокнижием этою сокровищницею откровения. В нем раскрыта история едемскаго сада; по наружности только описанный, он величественен по сокровенным в нем тайнам, и кратко изображенный, дивен по своим растениям.
Долго порывался я страхом и любовию. Любовь призывала меня внимательно рассмотреть рай, а страх его величия удерживал от такой пытливости. Наконец, то и другое соединил я с мудростью. Благоговейно чтя сокровенности рая, я исследовал одно то, что открыто в нем. Одно исследовал для собственного приобретения, о другом умолчал для собственной же пользы.

Кто скажет брату своему — рака*, подлежит верховному судилищу; кто же скажет: бессовестный! подлежит геенне огненной. Матф. V. 22.
— Страшно сие слышать! Да убоится сего приговора всякий, почитающий укоризненные слова за малость.
Итак, если ты принесешь дар твой к алтарю, и тут вспомнишь, что брат твой имеет нечто на тебя, — оставь там дар твой перед алтарем, и поди прежде примирись с братом своим, — и тогда приди и принеси дар твой, ст. 23 и 24.
Не судите, чтоб не быть судимым. VII. I.

Церковь как тело Христово, как совокупность живых и умерших во Христе, может по благодати, данной ей от Бога, молиться за усопших, приносить за них бескровное жертвоприношение (вынимать частицы из просфор на проскомидии литургии), провожать в последний путь особым чином молитв – отпеванием, служить панихиды, литии, вечерние заупокойные службы (парастасы).

На третий день по кончине умерший православный христианин удостаивается церковного отпевания и погребения. Отпевание – это заупокойное богослужение, единожды совершаемое над телом умершего. Значение этого богослужения настолько велико, что в древности относили его к церковным Таинствам и придавали особое мистическое значение. И, действительно, кроме обычных заупокойных молитвословий, над умершим читается (обязательно священником) разрешительная молитва, в которой прощаются умершему бывшие на нем клятвы, а также грехи, в которых он покаялся на исповеди или забыл покаяться по неведению, и умерший с миром отпускается в загробную жизнь. Текст этой молитвы тут же влагается в правую руку усопшего его родными или близкими. Если молитва не прочитана священником над усопшим, а просто вложена родственниками в руку покойного, то она никакой силы не имеет и никакой роли не играет.

Как помочь умирающему?

Смерть - это последний земной удел каждого человека, после смерти душа, разлучившись с телом, предстает на суд Божий.

Страшно, когда человек умирает и не осознает это. Великое благо, если родственники позаботились о предсмертном напутствии и призвали священника к умирающему (разумеется, не против его желания) совершить над ним таинства Исповеди, Причастия и Соборования.

Если умирающий не был крещен, то, в первую очередь, над ним совершается таинство Крещения. Это - лучшее напутствие для души, готовящейся вступить на дорогу к вечности. Эти Таинства не совершаются над человеком, находящимся в бессознательном состоянии и не способным засвидетельствовать свою волю

Утешение святого Иоанна Златоуста потерявших близкаго сердцу.

С глубоким вниманием обратимся к беседе вселенского учителя св. Иоанна Златоустаго, и выслушаем, как он любомудрствует о усопших и как сильно гремит против тех, кои   чрезмерно   сетуют  о лишении присных сердцу. „Не оплакивай отходящих от нас, разве тех, которые отходят без покаяния", говорит, он „Земледелец не плачет,  когда увидит, что посеянная им пшеница разрушается, но болит и трепещет, когда она в земле остается твердою. Напротив, когда видит, что она разрушается, радуется,— потому что разрушение ея есть начало будущаго прозябания". Так и нам должно радоваться, (по крайней мере не предаваться неумеренному сетованию), при разрушении тленнаго тела, когда оно посеяно будет в землю.  Не удивляйся, что апостол назвал погребение сеянием. Это есть наилучшее сеяние. За обыкновенным сеянием следуют заботы, труды и опасности, а за сим, если только   будем  жить праведно, следуют венцы и награды.   После перваго последует  опять смерть  и тление, а за сим начнется для нас нетление,  безсмертие  и нескончаемое блаженство. Кто воскресает, тот никогда уже нё умирает; тот возвращается к жизни не многотрудной и болезненной, но к той, где нет, ни болезни,  ни печали,  ни воздыхания.

Но не здесь еще конец нашим слезам. "Пусть усопшим нашим и хорошо там, — говорят сетующие, — но нам-то здесь без них худо. Мы желали бы с ними вечно жить, желали бы ими вечно утешаться, а между тем, неумолимая смерть оторвала их от нас и оторвала навсегда... Было время, когда и один час разлуки с ними был для нас тяжек, а теперь?... Проходят дни, проходят месяцы, пройдут годы, пройдут десятки лет, а свиданья с ними все нет и нет... И, Боже мой! Есть ли даже какая-нибудь надежда увидеться нам с ними когда-нибудь? Не потеряны ли они для нас навсегда-навсегда?..." Часто так думают над прахом родных и друзей, и слезы снова струятся из глаз.