Приветствую Вас Гость!
Вторник, 26.09.2017, 12:05
Главная | Регистрация | Вход | RSS

Меню сайта

Категории раздела

Мои файлы [346]
Заказ церковных треб в Иерусалиме [38]
Православный сайт СИМВОЛ-ВЕРЫ предоставляет услуги по заказу молебнов в Иерусалиме. Заказать требы о вас и о ваших близких на Святой Земле

Статистика


Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0

Форма входа

Поиск

Православные праздники

Главная » Файлы » Мои файлы

Праведные искушаются гордостью
[ ] 14.09.2009, 12:50
Праведник должен бояться гордости больше, чем грешник, потому что грешник по необходимости имеет смиренную совесть, а праведник может гордиться своими добрыми делами. Святитель Иоанн Златоуст (40, 411).

Надеющийся на свою праведность и держащийся своей воли не может избежать козней диавольских, ни найти покой, ни увидеть свои недостатки. Преподобный авва Исаия (34, 326).

О духовной гордости, которою искушаются все совершенные, скажем, что этот род гордости не многими познан и испытан, потому что не многие стараются приобрести совершенную чистоту сердца, чтобы достигнуть этих степеней брани, и не заботятся об очищении страстей. ... Эта гордость обыкновенно искушает только тех, которые, победив предыдущие пороки, находятся уже почти на верху добродетели. Поскольку хитрый враг не может подвергнуть их плотскому грехопадению, то пытается низложить духовным падением, чтобы лишить их всех заслуг прежних добродетелей, приобретенных с большим трудом. Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин (53,157).

Нет никакой другой страсти, которая бы так истребляла все добродетели, лишала человека всякой праведности и святости и обнажала, как гордость. Гордость подобна главной и губительной болезни, которая не один член человека расслабляет, но все тело повреждает смертоносным расстройством и уже стоящих на верху добродетелей может подвергнуть жестокому падению и погубить. Ибо всякая страсть ограничивается своими пределами и целью, хотя повреждает и другие добродетели, но нападает, главным образом, на одну и ее особенно подавляет и побеждает. И чтобы. это можно было яснее понять, скажем, что чревобесие, например, то есть вожделение чрева, или страсть к обжорству, губит строгость воздержания; похоть оскверняет целомудрие; гнев губит терпение, так что иногда преданный одному пороку не лишается совсем других добродетелей... А когда гордость овладевает несчастной душой, то, как жестокий тиран, взяв высокую крепость добродетелей, весь город до основания разрушает и разоряет. Высокие стены святости сравнивает с землей пороков и не оставляет покоренной душе никакой свободы. И чем более богатую захватит в плен, тем более тяжкому игу рабства подвергает и, с жестокостью ограбив все имущество добродетелей, совсем обнажает. Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин (53, 144).

Не вдавайся в гордыню потому, что дела идут у тебя успешно, как будто не можешь потерпеть чего-либо худого. Напротив, помни, что обстоятельства часто меняются, держись скромного образа мыслей и не выходи из пределов человеческих. Правосудие наблюдает дела наши; возмечтавших о себе, что они уже не подлежат наказанию, оно доводит до наказания тем способом, которым они думают избежать его. Преподобный Исидор Пелусиот (51, 114).

Любишь ты праведность? Возненавидь гордыню и возгнушайся ею: она и дела правды делает неблагоугодными Богу. Преподобный Ефрем Сирин (28, 117).

На великую высоту восходит душа гордого и оттуда низвергает его в бездну. Преподобный Нил Синайский (47, 219).

Если возникает в тебе гордость, вспомни, что ею истребляют все плоды добродетели, и успокоишься. Преподобный авва Исаия (34, 97).

Если кто скажет, что лучше гордиться, делая добро, чем смиряться, согрешая, тот совсем не понимает ни вреда гордости, ни пользы смирения (35,190).

Человек был человеком по природе и устроению Божию, но стал животным через приобщение к гордости. Был человеком как носящий в себе образ Божий и стал зверем, преисполненным тщеславия (45, 917).

Человек, творящий благое с кичением... впадает в крайнюю погибель (35, 42).

Гордость в высшей степени вредна и пагубна не только для того, кто усвоил ее себе, но и для того, кто ненадолго разделяет ее (37, 724).

Гордый не знает самого себя и после многих трудов теряет все сокровище добродетели (40, 397).

Гордость... может повредить всякую добродетель души: молитву, милостыню, пост, или что-либо другое. Сказано: "что высоко у людей, нечисто перед Богом" (42, 108).

Представь, если хочешь, что кто-нибудь воскрешает мертвых, исцеляет хромых, очищает прокаженных, но с гордостью - никто не может быть хуже, нечестивее и виновнее его (43, 277).

Гордость есть знак низкого ума и неблагородной души (44,11).

Сколько бы мы ни совершали добрых дел, (гордость) не позволяет им укрепиться в нас и неразлучно пребывать с нами... но препятствует им оставаться в нас непоколебимыми (45, 576).

Знай ясно, что человек, с гордостью живущий добродетельно - если только вообще это значит жить добродетельно,- неожиданно может впасть в окончательную гибель. Тот, кто допустил себя до падения, научившись из этого падения смирению, может восстать и скорее восстановить свое прежнее положение, если только захочет. Тот же, кто по видимости поступает хорошо с гордостью, но не терпит никакого зла, никогда даже не заметит своего беззакония, а, напротив, лишь умножит зло и внезапно отойдет отсюда, лишенный всего (46, 531).

. Подлинно ничто так не отвращает милосердия Божиего и не предает гееннскому огню, как страсть гордыни. Если она присуща нам, то какие бы подвиги мы ни совершали-воздержание ли, девство ли, молитву ли, милостыню ли, вся наша жизнь становится нечистой. Святитель Иоанн Златоуст (46, 602).

Избегай гордости, человек, ...чтобы не иметь тебе противником своим Бога. Преподобный Нил Синайский (48, 243).

Препятствуют пришествию к нам Христа холмы и горы наших гордых помыслов, слов и дел, ибо не приходит туда смиренный Христос, где есть вознесшаяся гордость, согласно словам Писания: "Мерзость пред Господом всякий надменный сердцем" (Притч.. 16, 5). Ибо, по апостолу: "Что общего у света с тьмою? Какое согласие между Христом и Велиаром?" (2 Кор. 6, 14-15). Гордость есть тьма и Велиар. Слово "Велиар" означает "слепое светило", и этим как бы говорится, что он глядит, но не видит. Гордый человек не знает себя: он считает себя светлым, а на деле он мрачен. Считает себя лучше многих, а на деле он хуже всех. Мнит себя идущим к небу, в то время как идет к бездне. Как же Христос, Свет наш, может жить с такой слепой тьмой, которая считает себя светом? Христос и на небе не мог жить с Велиаром:

Он сверг гордого, как же на землю Он придет к нему, то есть к гордому человеку? Какое может быть согласие смиренного Христа с гордым Велиаром?

Велиар, то есть бесовская гордость, существующая в человеке, есть как бы та вспоминаемая в Божественном Писании гора, называемая Гелвуйской, на которую не сходит с небес ни роса, ни дождь и которую проклял святой Давид, поскольку на ней был убит иноплеменниками Саул с тремя своими сыновьями (2 Цар. 1, 21; 1 Цар. 31, 2). Также и на гордого не сходит ни роса, ни дождь благодати Божией, ибо гордостью Христос распинается и убивается. Кто возненавидел Христа, ходящего во плоти на земле? Гордые князья и законоучители иерусалимские: "Уверовал ли в Него кто из начальников, или из фарисеев?" (Ин. 7, 48). Они-то и начали злобствовать против Него. Кто предал Христа на смерть? Гордая иудейская синагога, мнящая себя святой, а Христа считающая грешником: "Мы знаем, что Человек Тот грешник" (Ин. 9, 24). Кто распял Христа? Гордый Пилат. Итак, проклята Богом гордость, как Давидом Гелвуйская гора, чтобы не сошла на нее роса благодати Божией и дождь милосердия Божиего. Не придет туда Христос, где увидит гору велиаровой гордости (103, 593- 594).

Гордый идет не правым и не простым путем, но неровным, тернистым. "Гордые крайне ругались над мною, но я не уклонился от закона Твоего", говорит пророк (Пс. 118, 51). Самое это главное преступление и безмолвное уклонение от закона - в незнании немощи своей-гордости. Ни через что иное так легко не совершается преступление и падение, как через гордыню; и ни через что иное так легко не происходит исправление, как через смирение и простоту. Где совершилось падение, там все было предварено. Из-за гордыни сатана был свержен с небес; фарисей растерял все добродетели, Навуходоносор лишился царства и со скотами, как скот, семь лет ел траву; и тысяча тысяч падений совершаются из-за гордыни. Потому будь смирен и, благодатью Божией покрываемый и сохраняемый, всегда сохранишься без порока и без преткновения. Святитель Димитрий Ростовский (103, 1037).

Видишь, когда приближается солнце, тень становится меньше. Так и благочестивое сердце: чем ближе приходит к нему Бог со Своим светом и дарованиями, тем более оно познает свое ничтожество и смиряется перед Богом и людьми, считая себя недостойным. Напротив, чем дальше отходит солнце, тем большая бывает тень, а когда солнце заходит, тень удлиняется. Зайдет солнце исчезает и тень. Так и человек: поскольку удаляется от него Бог, постольку возносится и величается он в сердце своем; поскольку же человек возносится, постольку от Бога удаляется и Бог от него. И как тень исчезает, когда солнце скрывается, так исчезают и эти, которые мнят себя великими, когда скрывается Бог (104, 440-441).

Посмотрим на плоды горького семени гордости. Гордый человек всяким образом ищет чести, славы и похвалы; он всегда хочет казаться значительным, указывать, повелевать и начальствовать. А кто препятствует его желанию, на того сильно гневается и озлобляется. Лишившись чести и начальства, он ропщет, негодует и хулит. "Чем я согрешил? В чем я виноват? Этого ли труды мои и заслуги достойны?". А часто бывает, что человек сам себя и умерщвляет. Гордый начинает дела выше своих сил, которых не может исполнить. О, человек, что касаешься бремени, которого не можешь понести? В чужие дела он самовольно вмешивается, везде и всякому хочет указывать, хотя и сам не знает, что делает,- так гордость ослепляет его. Без стыда хвалит себя и возвышает: "Я, дескать, то и то сделал, такие-то и такие заслуги имею перед обществом". О, человек, исчисляешь свои заслуги, но что же о грехах своих не говоришь? Если стыдно их объявлять, то стыдись и хвалить себя. Гордый презирает и уничижает других людей: он, дескать, подлый человек, он негодный. А он такой же человек, как и ты, все мы люди. Он грешник, но думаю, что и ты этого имени не отречешься; он в том согрешил или грешит, но ты в другом, а может быть, и в том же. "Все согрешили и лишены славы Божией" (Рим. 3, 23). Власти и родителям своим он не покоряется, не повинуется у гордых шея жестка и непреклонна. Они всегда хотят на своей воле настоять и ее утвердить. Добро, какое имеет у себя, самому себе, своему старанию и трудам и своему разуму приписывает, а не Богу. О, человек, что ты от себя можешь иметь, ты, который нагим вышел из чрева матери своей? Что можешь иметь, чего Бог, источник всякого добра, не подает тебе? Что наши старания и труды могут без помощи Того, Который один все может, и без Которого всякий ничто, как тень без тела? Обличения и увещания гордый крайне не любит, считает себя исправным, хотя и весь подпорчен. Он не терпит уничижения, презрения, бед и напастей, негодует, ропщет, а часто и хулит. В словах и поступках проявляет надменность и напыщенность... Все это плоды ненавистной Богу и человеку гордости (104, 442-443).

Низлагает нашу гордость конец нашей жизни, "ибо прах ты и в прах возвратишься" (Быт. 3, 19). Приникни к гробам, отличи там царя от воина, славного от бесчестного, богатого от нищего, крепкого от немощного, благородного от неблагородного, мудрого от неразумного. И, глядя в гроб, хвались своим благородством, превозносись разумом, величайся богатством, надмевайся честью, считай ранги, исчисляй титулы. О, бедное создание, бедное по началу, бедное по середине, бедное и по концу. Подобен ты хрупкому и худому сосуду, подобен праху и в прах обратишься (104, 446).

Чем больше будем познавать и помнить Христа, тем лучше познаем свое недостоинство и окаянство и тем смиримся. Христос, Сын Божий, Господь твой, ради тебя смирился-тебе ли, рабу, гордиться? Господь твой ради тебя принял образ раба-тебе ли, рабу, искать господства? Господь твой ради тебя бесчестие принял-тебе ли, рабу, возноситься честью? Господь твой не имел где главу приклонить - тебе ли, рабу, расширять великолепные здания?... Господь твой за распинателей Своих молился: Отче, прости им (Лк. 23, 34) - тебе ли, рабу, на Оскорбивших гневаться, озлобляться, искать мщения? Но кто ты таков, что не терпят уши твои оскорбления? Тварь убогая, немощная, нагая, страстная,заблудшая, всяким злополучиям подверженная, всякими бедами окруженная, трава, сено, пар, ненадолго являющийся и исчезающий. Но смотри и берегись, чтобы и тебя Христос, Господь твой, не постыдился, когда ты стыдишься смирения и кротости Его (104,447).

Люди наиболее гордятся или честью и славой, или богатством, или разумом, или крепостью, или благородством. Но все это подлежит переменам, и как приходит к нам, так и отходит от нас, ибо не наше: и возноситься тем, что не наше, весьма бессмысленно. Все, что ни имеем, не наше, но Божие; мы только сосуды и хранилища Божиих дарований. Богу дарующему подобает всякая хвала, и честь, и благодарение, а человеку подобает смиряться, чтобы и то, что имеет, не было отнято из-за гордости. Святитель Тихон Задонский (104, 449).

"Бог гордым противится, а смиренным дает благодать" Невозможно, кажется, поверить, чтобы человек, будучи землей и пеплом, вздумал гордиться; чтобы человек слабый, подверженный всяким недостаткам, к тому же, если рассудить, повинный и суду Божию, начал превозноситься, да еще перед самим Богом, перед которым и весь мир есть капля, павшая из океана. Однако это бедное животное надмевается, возвышается выше кедров ливанских, эта пылинка высоко о себе мечтает, презирает других, да еще и братию свою.

Подлинно Бог украсил человека при создании превосходнейшими дарованиями и умалил его малым чем от Ангелов. Но человек эти дарования по большей части потерял: гордость его обнажила. "Но человек в чести не пребудет; он уподобится животным" (Пс. 48, 13). А хотя бы, и действительно, эти дарованные Богом совершенства все и доныне сохранились в человеке, они не надмевать нас должны, но побуждать больше благодарить Бога и больше смирять себя, ибо мы, ничего не заслужив, все имеем, а в знак благодарности эти дарования употреблять на пользу другим. Но как эту, созданную Богом, красоту гордость разоряет, так, напротив, падшую снова поднимает смирение. Какое же между ними есть различие?

Отец гордости-диавол, родитель смирения-Бог. Гордость не унижает себя, видя свои недостатки, или даже не усматривает своих недостатков и хвалится тем, чего не имеет; но смирение не превозносится и тем, что имеет. Оно подобно плодоносному дереву, которое чем больше отягощается плодами, тем более склоняется к земле. Гордость все себе и своим заслугам приписывает: она не думает, что есть такое, что превосходило бы ее силы. Но смирение все отдает Богу, знает оно, что как всякое добро из этого Источника проистекает, так в него же должно и возвращаться через признание наше. Гордость думает постигнуть все, и тайны Божии, и возносится выше разума Христова; но смирение пленяет ум свой в послушание вере, утверждаясь на священном основании (Еф. 2, 20), что невозможно солгать Богу. Гордость не терпеливо переносит наказующую руку Божию, но с ропотом; а смирение с радостью приемлет наказание Божие. Гордость других презирает и по разуму своему и по делам своим подобного себе не находит;

но смирение со всеми своими дарованиями ниже других себя ставит. Гордость к немощам человеческим не снисходительна; она о поступках других судит оскорбительно; но смирение снисходительно, и немощам других сострадает, как собственным. Гордость бывает подозрительна: все дела других, слова и намерения кажутся ей знаменательными, она все замечает, из всего делает выводы. Но смирение просто и бесхитростно: оно на все взирает младенческим оком и все принимает голубиным сердцем. Гордость бывает разборчива: это не так, другое некстати, честь не честь, должность не должность, награждение не награждение; но смирение все за благо приемлет, смирение всему послушно. Гордости недоступна Божия благодать, а от смирения она неотступна. Гордость всегда несчастна, а смирение всегда благополучно и безопасно. Гордость всякому неприятна и мерзка, а нет ничего приятнее и радостнее смирения.

Истинно смирение, когда мы не высокомудрствуем ни о себе, ни о своих делах. Нужно всегда помнить, что мы люди. Если точно понимаем мы, что есть человек,- не унизим своего достоинства, но и не присвоим себе излишнего. Мы созданы по образу Божию, это заставит нас хранить благородство нашей природы и не унижать себя до состояния бессловесных животных. Но мы слеплены из брения, из праха, и это должно унять наше высокомерие. Больше всех тварей мы способны понимать и просветиться-это должно возбудить нас к предприятиям великим. Но и самые просвещенные впадают в различные заблуждения и иногда больше невежд грешат,- и это должно положить границы нашим высоким парениям. Мы удостоены особого покровительства Вышнего, это должно заставить нас стремиться к небесам и свободно приступать к престолу Благодати. Но, помня о множестве своих грехов и пороков, мы должны работать Господу со страхом и с трепетом совершать подвиг спасения.

Если преступим эти праведные границы, есть опасность - как бы мы, возмечтав о себе излишне, не лишились и того, что нам естественно принадлежит. Митрополит Московский Платон (Левшин) (105,139,143).
Категория: Мои файлы | Добавил: simvol-veri | Теги: Гордость - отвержение Бога
рублей Яндекс.Деньгами
на счёт 41001126850926 (ВАША ПОМОЩЬ НАШЕМУ САЙТУ)

Просмотров: 984 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0 |

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Рейтинг@Mail.ru