Приветствую Вас Гость!
Вторник, 16.10.2018, 07:29
Главная | Регистрация | Вход | RSS
Новая страница 4

Форма входа

Поиск

Каталог статей

Главная » Статьи » Мои статьи

«Это дар Божий — быть с человеком, который умирает»
Фредерика, скажите, сколько времени паци-
енты обычно находятся в хосписе?                                                        
По-разному бывает. Обычно сюда ложатся,                                                                  
когда не могут уже дома справляться с
болью — полежат тут три недельки, а потом опять
домой возвращаются. Или же сюда ложатся совсем
одинокие люди, за которыми некому дома ухажи-
вать. У нас всего лишь 30 официальных коек — это
мало. Есть еще выездная служба, которая опекает
более чем 400 человек, врачи видят, кого необхо-
димо срочно госпитализировать, а кому пока что
лучше находиться дома. На выездной трудно рабо-
тать, потому что поездки требуют очень много сил
и энергии, там обычно трудятся молодые врачи и
медсестры, остальные преклоняются перед ними…
Приходится ездить по всей Москве?
Нет, хоспис относится только к нашему округу.
Хотя мы нередко принимаем больных и совсем
издалека, если в этом есть необходимость.
Как же вы размещаете родственников, которые
приезжают навестить?
Родные и близкие могут у нас и бесплатно
поесть, и переночевать. Нам очень важно, чтобы
родственники могли подольше побыть вместе с
больным, чтобы им и самим было уютно, и чтобы
они могли утешить человека, который им дорог.
Мы действительно понимаем, что забота о родс-
твенниках так же важна, как и о больных, что они
друг за друга сильно переживают, ведь и больной
заботится о родственниках как мама о ребенке.
Если не обращать на родственников внимания, не
замечать, что им тоже психологически тяжело, то
это отразится и на больном — боли и симптомы
могут существенно ухудшиться. Но я думаю, что
обстановка здесь довольно свободная, легкая, мед-
сестры общительны, и это как-то переходит на
родственников, они общаются и с больными и
друг с другом — визит не превращается в угрюмое
сидение возле койки.
Скажите, а Вы сами много говорите с боль-
ными? О чем?
Мне кажется, что зачастую мне даже проще,
чем священнику, беседовать с больными, потому
что я с ними провожу намного больше времени. Не
просто как психолог — придешь, сядешь, и давай
разговаривать. Хорошо, что у меня есть какое-то
дело: я лечу их как терапевт, меряю пульс, делаю
массаж, и в это время мы разговариваем на самые
разные темы. Они много говорят о себе, это очень
близкий контакт.
Конечно, мое общение вовсе не может заме-
нить общения со священником — каждую неделю
по вторникам приходит отец Христофор Хилл,
исповедует, причащает, раз в месяц он служит
Литургию в нашем храме. Люди причащаются,
но большинство — только ради того, чтобы стать
здоровыми. Это очень бедное восприятие, очень…
Редко кто стремится к встрече с Господом. Только
один раз я встретила тут женщину, которая гово-
рила: «Я не могу дождаться, я хочу туда». Но это
один человек из такого количества.
Фредерика, неужели все до последнего момента
пытаются спрятаться от смерти, повернуться к
ней спиной и не видеть?
Нет, не все, но многие. Я помню, у нас умирала
18-летняя девушка, Аня. У нее была саркома руки,
Однако после этого разговора она смогла спо-
койно уснуть, что до этого плохо получалось. Они
обе меня жутко не полюбили, поскольку я тронула
то, чего не должна была касаться, но все равно я
каждый день заходила их проведать.
Когда Аня умерла, мама попросила одеть ее
как живую, покрасить губы, надеть парик — про-
должая отрицать смерть. Для мамы это плохо:
если она будет все время отрицать, то в результате
сама заболеет.
Конечно, тяжело хоронить молодую дочь. А
как сами молодые люди переживают свою близ-
кую кончину?
Говорят, что современная молодежь бес-
стержневая — но когда они стоят перед болез-
нью, надо видеть, насколько безропотно они
принимают судьбу, как борются до конца ради
своих родителей.
У нас лежал Михаил, молодой человек с пре-
красными голубыми глазами, ему было 17. При
первой встрече я его спросила: «Что ты думаешь
о своей болезни?» Он ответил просто: «Я скоро
умру». — «Как же ты так спокойно можешь об
этом говорить?» — «Я уже научился глубоко жить
сейчас». Я чуть не ахнула: философы и психологи
соглашаются, что в смерти есть положительная
сторона, которая дает толчок жить глубоко, а не
поверхностно, ценить жизнь — но слышать это
от юноши, который говорил это так просто, было
для меня неожиданно. Правда, через три минуты
он уже говорил: «Нет, я же не умру, как же я
оставлю маму?»
Это очень типично. Доктор Элизабет Кюб-
лер-Росс работала с людьми, которым поста-
вили смертельный диагноз, и выделила пять фаз,
через которые обычно проходит человек: сначала
отрицание диагноза, потом негодование, затем
попытка сделки с Богом, после нее наступает
депрессия, а последний, самый важный этап — это
принятие своей близкой смерти. Переход на этот
последний этап у Миши происходил очень явно и
красиво: в один момент он принимал приближаю-
щуюся смерть и говорил: «Я умру и это правда», а
в другой — уже не мог. Самой важной проблемой
для него было: «А что станет с мамой?» Для боль-
шинства больных тяжела эта забота: «А что будет
с родными, как они будут выживать?»
Неужели и для пожилых людей так сложна эта
проблема?
Для них еще сложнее, ведь они уже полвека
прожили вместе и не могут расстаться друг с дру-
гом. Особенно страшно бывает мужчине, главе
семьи, который считает, что он должен зарабаты-
вать и содержать семью.
Я много думала: как помочь неверующему
человеку? С верующим проще, можно найти что-
то положительное в его болезни, доказать, что
он все равно может быть полезен окружающим,
даже когда болеет. Путь это будет не активный и
деятельный образ жизни, но своим присутствием,
своим отношением к болезни и смерти он может
помогать своим родственникам и близким.
Лежал у нас Олег, ему не было еще 50. Он
лежал долго — рак позвоночника. Его жена, Вера,
очень хорошая женщина, после работы всегда к
нему приезжала, ночевала здесь. И в один вечер,
спустя много месяцев он мне говорит: «Фредерика,
я хочу покончить с собой. Я больше не могу». Не
помню точно, что ответила, что-то вроде: «Олег,
это не решение проблемы». Через несколько дней
он мне говорит: «Фредерика, я уже не хочу покон-
чить с собой». — «Олег, а что случилось?». Он был
неглубоко верующим человеком, но все время
искал. «Знаешь, как-то Бог мне показал, что у меня
есть задача. Я буду разведчиком для всех тех, кто
будет приходить после меня — и это мое спецза-
дание». Он никогда об этом больше не говорил, и
очень достойно умирал — потому что было ради
чего жить.
А что Вам самой дает работа в хосписе?
Очень многое. Конечно, она приносит и уста-
лость, но я помню, что владыка Антоний мне
однажды сказал: «Забудь про себя и свою уста-
лость, потому что не ты в центре жизни, а другие».
В обычной жизни это трудно. А здесь Господь дает
сострадание, благодаря которому легче забыть про
себя. Это школа, подобной которой нет — посте-
пенно приучаешь себя, что умирающий человек
перед тобой нуждается не в тебе как таковом, а в
том, чтобы ты с Божьей помощью открыл ему глаза
на жизнь, чтобы ты мог хотя бы просто посидеть
с ним. Надо уметь молчать вместе с кем-то. Если
медперсонал закрывается от страха перед смер-
тью, то и умирающий пациент не сможет стать
открытым, близким к своей болезни. Я думаю, что
для каждого из работников хосписа крайне важно
найти свое отношение к смерти.
Мне кажется, что это особая тайна и дар
Божий — быть с человеком, который умирает, даже
если он нехорошо умирает. Это наглядно то, к чему
мы идем. Об этом можно говорить даже с другими
больными — приводить примеры, что у нас были
такие-то люди и они так достойно умирали. И все
задумываются: а как я буду умирать? Жаль, что
наших пациентов отпевают не в нашем храме, а
увозят, — мне кажется, что такие службы многим
нашим больным помогли бы глубже понять жизнь
и смерть.
Мне часто говорят, что нельзя всех прини-
мать близко к сердцу — но без этого очень трудно
работать здесь. Когда я еще жила в Англии, на мои
жалобы о том, что нет сил после работы, владыка
сказал: «Если хочешь что-то давать людям, надо за
это заплатить». Очень строго и очень просто. Нет
никакой пользы от саможаления, особенно когда
перед тобой такая великая нужда и большое горе.
Здесь учишься развивать сердце, полнее раскры-
ваться не только перед людьми, но и перед Богом.
Беседовал Петр Королев, II курс МДА
рублей Яндекс.Деньгами
на счёт 41001126850926 (ВАША ПОМОЩЬ НАШЕМУ САЙТУ)

Категория: Мои статьи | Добавил: simvol-veri (09.01.2009)

Просмотров: 1108 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 5.0/2 |
Всего комментариев: 1
1  
надо и мне больше отдавать людям! Посмотришьна чужое горе и свои проблемы становятся такими мелкими и решаемыми! только бы было здоровье!!!!! спасибо всем и Храни Вас Господь!

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Рейтинг@Mail.ru